Владислав Третьяк тайно устраивал праздники заключенным

В 80-е Советский Союз занимал пятое место в мире по уровню преступности. Ежедневно сотни милиционеров дежурили на улицах – ловили нарушителей закона. Большинство задержанных отправляли в тюрьмы. Режим посещения мест не столь отдаленных был строгим: время для свиданий заключенных с родственниками было строго ограничено, передача продуктов только после проверки собакой... В Америке же правила досмотра и встреч с арестованными были проще. Стать гостем тюрьмы мог каждый желающий, охранники порой проводили экскурсии.

В одной из них побывал советский хоккеист Владислав Третьяк, который 25 апреля отмечает 65-летие. Его друзья до сих пор удивляются, как он смог не только найти общий язык с заключенными, но и втайне от смотрящих пронести им крепкие напитки. О смелости и хитрости Третьяка вспоминает его близкий приятель, певец Лев Лещенко.

«С Владом дружу больше 40 лет, – говорит «СтарХиту» Лев Валерьянович. – Я поклонник хоккея, с первого дня знакомства нашли общий язык. В 1983 году полетел с ним в Америку на соревнования. Всегда по возможности приезжал на его игру, чтобы поддержать. Со сборной отправились еще Вовка Винокур и министр спорта Сергей Павлов. Уже на месте мы заселились в гостиницу неподалеку от стадиона.

Владик и его коллеги по команде приезжали в номера буквально поспать, пропадали на тренировках. Как-то забегает он к нам в комнату со словами: «Меня отпустили на пару часов. Есть предложение скататься в тюрьму на экскурсию!» Мы, недолго думая, согласились. Насмотрелись американских фильмов, где заключенные в оранжевой форме разгуливают по коридорам, а в руках – подносы со вкусной едой. Вот и стало интересно, так оно или нет. Собрались быстро, накинули куртки и поехали. Тюрьма находилась в нескольких километрах от отеля. Принимающая сторона организовала автобус.

 

По приезде около исправительного учреждения нас ожидали охранники. Вооруженные дубинками, они производили неоднозначное впечатление. Вроде мужчины и внушали ощущение защищенности и безопасности, но внутреннее чувство подсказывало, что это какие-то простофили. На входе в тюрьму стояли металлоискатели. Первым пошел Третьяк. Снял с себя верхнюю одежду, положил в рядом стоящую корзину, туда же скинул кошелек и ключи от номера. Мы последовали его примеру. Оделись, охранники вручили нам пропуски. После повели показывать территорию и здание.

«А с заключенными побеседовать можно?» – попросил Третьяк одного из охранников. – «Да, у них через час начинается обед. Там и общайтесь, сколько влезет». Видно, их забавляло наше любопытство. В ожидании трапезы придумали шутку. На стуле, где решил передохнуть Третьяк, нужно повесить табличку с фотографией «Здесь была звезда советского спорта!». Пусть знают русских героев в лицо даже за границей! Наконец нас повели в столовую. Все зеки – как в американских фильмах: оранжевая униформа, татуировки набиты по всему телу.

«Ваш столик вон с теми головорезами!» – сказал охранник нам с Третьяком и указал в центр зала. Мы получили на раздаче местную стряпню и направились к указанному столику. По лицам сидящих за ним осужденных было видно: они нам не рады. «Бон аппетит!» – сказал Третьяк и принялся есть. Те промолчали. Мы сидели в гробовой тишине, боялись слова лишнего сказать. Но Владик не унимался, жаждал познакомиться с местными жителями.

 

«Хотите, угощу вас настоящим русским напитком? Такого вы нигде не пробовали!» – продолжал настойчиво общаться Третьяк. На их лицах промелькнул интерес. «Владик, что ты несешь?» – возмутился я. – «А тебе все скажи! Давайте сюда стаканы!» – перебил меня хоккеист, достал из внутреннего кармана флягу и поставил на стол.

«Убери ее! Нас сейчас за шкирку выкинут!» – занервничал Винокур. – «Не бойся, я уже по сторонам огляделся!» – ухмыльнулся Третьяк. Через секунду начал разливать всем в стаканы содержимое сосуда. Тут и вспомнил, что охранники не осмотрели пальто Третьяка, которое он положил в корзину рядом с металлоискателем. – «Это что такое?» – отхлебнув, пробормотал один из преступников в сторону Влада. – «Наша, традиционная! Пей!» – ответил Третьяк. – «А как же тост? За знакомство, товарищи!» – поддержал я друга. Мы тихо чокнулись и пригубили: пить в загранпоездках нам было нельзя, ведь мы представляли страну, ну а Третьяку тем более – режим! Пока поднимали стаканы, разговорились.

Узнали, что наши новые знакомые сидят за ограбления банков. Отбывают наказание уже десятый год. Кого-то ждут дома жены с детьми, кому-то осталось пару месяцев до освобождения. Но их пугала мысль, как начать жизнь с чистого листа. «Уважаемые гости тюрьмы! Убирайте за собой посуду, ваша экскурсия подходит к концу», – послышалось в громкоговорителе.

В очереди к мойке к нам подошел один из заключенных. «Спасибо за праздник! Здесь с крепкими напитками туго», – протянул он мне и Третьяку руку. Мы сказали друг другу еще пару слов благодарности и направились к выходу из тюрьмы. «Ну как, не обижали вас наши местные?» – спросил нас язвительно охранник у ржавых металлоискателей. «Отличные они у вас парни!» – ответил ему Третьяк, застегнул пальто и пошел к автобусу».